«Мы относимся к роду Арык, из племени Каратакыя. Наш дед Чыны правил народом на китайской земле, а затем пригнал оттуда стада овец на кыргызскую землю. У него родился Тынаалы, а у Тынаалы — Байсеит.

Во время Великого үркүна 1916 года Байсеит вместе с народом бежал в Китай, а позже вернулся обратно вместе с кыргызами. За это время он хорошо изучил дороги в тех краях. Когда кыргызский народ спасался бегством в Китай, по дороге калмыцкие отряды отбирали имущество и скот, издевались над людьми. Позже, чтобы отомстить за это, Байсеит вместе со своим младшим братом Аңсейитом и около десяти джигитов, среди которых был Баба из села Ак-Булуң на Иссык-Куле, ходили на земли калмыков, угоняли лошадей и раздавали их людям.

Жена Байсеита вместе с четырьмя детьми умерла в тяжёлые времена от чумы. Из-за того, что Байсеит часто бывал в Китае, там его хорошо знали. Даже в первые годы после установления советской власти они продолжали совершать походы к калмыкам и возвращаться с лошадьми», - сказал он. 

«Говорили, что брат Байсеита Аңсейит был очень ловким человеком, словно летящая птица, и отличным стрелком. Однажды во время похода он сделал 70 выстрелов из пятизарядного ружья и вернулся, собрав все до одной латунные гильзы.

Когда сорок семей саяков из Китая решили вернуться на родину, но не знали, как добраться, местный правитель сказал им:

— Завтра уезжает Байсеит. Если пойдёте за ним, то по дороге не будете терпеть бедствий и благополучно доберётесь. 

Байсеит привёл сорок семей саяков и поселил их в Булан-Сөгөтү. Переселенцы предложили ему в награду лошадей и скот. Но Байсеит ответил:

— Мне ничего не нужно. Пусть скот и имущество останутся у вас. Для меня достаточно того, что вы благополучно вернулись на свою землю.

Он хотел уйти, ничего не взяв. Тогда старейшины аула сказали:

— Баатыр, так нельзя. Ты должен жениться. Выбери девушку из нашего селения.

Они провели перед ним всех девушек брачного возраста. В селе было пятнадцать девушек. Маленькая ростом Зыйнап шла последней, и когда подошла к Байсеиту, поздоровалась и заговорила с ним. Так Байсеит выбрал Зыйнап и сыграл свадьбу», - рассказал он.

По словам Бердикожо, после установления советской власти, примерно в 1932 году, один человек по прозвищу Бакан-ооз оклеветал Байсеита, Бабу и ещё группу людей, сообщив в государственное политическое управление, что они якобы собираются бежать в Китай. После этого их арестовали и заключили в тюрьму Каракола.

«Это было в 1932 году. В заключении они пережили тяжёлые испытания, подвергались побоям и допросам. Тот самый человек, который выдал Байсеита и Бабу, тоже был признан виновным и оказался в одной камере с ними.

Однажды ночью, в двенадцать часов, к камерам подъехал человек, тащивший двухколёсную тележку, и громко назвал фамилию одного из заключённых. Солдаты сразу вошли, вывели этого человека и сказали:

— Ты свободен, можешь идти.

Когда он, не веря своему счастью, отошёл, его застрелили сзади. Тело погрузили на тележку и похоронили в яме возле тюрьмы.

Через некоторое время снова ночью, около двенадцати часов, к камере подошёл человек с тележкой и крикнул:

— Баба, ты свободен!

Баба поднялся и сказал:

— Эх, Байсаке, значит, пришёл и мой черёд.

Он передал Байсеиту какую-то вещь и сказал:

— Если останешься жив и выйдешь отсюда, отнеси это моей старухе.

Он попрощался с заключёнными, обнялся с ними. В этот момент вошли солдаты и начали торопить его, толкая прикладами.

Баба сказал:

— Что вы торопите? Успеете, успеете. Я не убегаю. Дайте попрощаться.

Он обнял Байсеита. Уже выйдя за дверь тюрьмы, сделал два шага, затем повернулся и, подставив грудь, сказал:

— Стреляй! Не стреляй в спину, стреляй в грудь. Стреляй точно.

После этого раздался выстрел, и он погиб на месте.

Через неделю после смерти Бабы снова назвали фамилию того человека, который выдал Байсеита и Бабу. Тот, кто спокойно сидел в камере, испугался, изменился в лице, спрятался за спиной Байсеита и, схватив его за одежду, начал просить:

— Родной мой, помоги, придумай что-нибудь!

Байсеит ответил:

— Эй, что могу сделать?

Солдаты вошли, вывели этого человека и жестом показали:

— Ты свободен, уходи.

Он не поверил, но когда ему снова показали рукой «уходи», он поблагодарил и радостный побежал прочь. Однако, когда он отошёл, его ранили выстрелом в ногу. Когда он поднялся и пошёл дальше, в него снова стреляли. После семи выстрелов он погиб.

После этого Байсеит ждал, когда придёт его очередь умереть.

В то время его семья — родственники его отца Тынаалы Деркенбай и Дыйканбай, а также жена Зыйнап — жили вместе тремя семьями в одной шестикрылой белой юрте. Когда Байсеит провёл в заключении около трёх месяцев, Зыйнап решила навестить мужа. Она целую неделю доила кобылиц и собирала кумыс.

Домашние зарезали единственного ягнёнка, и она отправилась из Боз-Булуң в Караколскую тюрьму. Там она встретилась с охранником. Русского языка она не знала. Она показывала подушку и пыталась объяснить, что хочет передать её мужу.

Охранник спросил фамилию заключённого. Зыйнап не могла ответить по-русски и не могла назвать имя свёкра, поэтому повторяла:

— Байсеит, Байсеиту передайте эту подушку. Он ведь спит без подушки.

Они записали это как «Байсеитов Жаздык» («подушка Байсеитова») и пошли искать такого человека, но вернулись, сказав, что такого заключённого нет.

Тогда Зыйнап заплакала:

— Значит, моего мужа расстреляли или он умер от болезни?

В этот момент проходил новый начальник тюрьмы, который был назначен всего за два-три дня до этого. Он увидел её и спросил:

— Почему вы плачете?

Она рассказала, что принесла мужу еду и подушку, но охрана не смогла найти его среди заключённых.

Начальник спросил:

— Откуда вы приехали?

— Мой муж из Боз-Учук, а я сама родом из Булан-Сөгөтү, — ответила она, вытирая слёзы.

Тогда он сказал:

— Оказывается, вы моя старшая сестра. Вы саяк. Сам из Боз Тери. Не бойтесь, всё узнаю. Возможно, произошла ошибка.

Он вошёл в тюрьму, а через некоторое время вышел и радостно сказал:

— Эже, радуйтесь! Ваш зять жив.

Он помог им встретиться. В течение трёх месяцев этот человек помогал им.

Байсеит Тынаалы уулу провёл в тюрьме шесть месяцев и был оправдан. Выйдя из заключения, он первым делом отнёс вдове Бабы его аманат (переданную вещь), прочитал молитву за погибшего и вернулся домой.

После этого он работал в колхозе, пас скот и выполнял разные работы. Говорили, что Байсеит был настолько крупным и сильным человеком, что обычная лошадь с трудом могла его выдержать. Председатель колхоза заботился о нём и говорил, чтобы Байсеиту дали большую, крепкую лошадь», - сказал он.