Когда заходишь в научный центр Nanospace, сложно поверить, что все это создается в Кыргызстане. В одном помещении стоят ударные беспилотники, разведывательные аппараты, роботы-камикадзе, роботизированные платформы для эвакуации раненых, FPV-дроны и даже первые разработки в сфере ракетостроения.

Основатель центра Улан Саламатов говорит, что еще несколько лет назад над этими идеями смеялись. Сегодня же созданные его командой аппараты используются силовыми структурами, проходят испытания и получают государственные заказы. Фото 24.kg. Основатель научно-образовательного центра NanoSpace Улан Саламатов

В интервью 24.kg он рассказал, как начинался проект, почему отечественные инженеры могут создавать технологии мирового уровня и зачем Кыргызстану собственный космодром.

— Улан, когда слышишь о беспилотниках, роботах и ракетах, кажется, что за этим стоит огромная государственная корпорация. Как вообще появилась идея создать Nanospace?

— На самом деле все началось очень давно. Наверное, еще в детстве. Я всегда мечтал быть изобретателем. Мне нравились технологии, самолеты, космос, роботы. Но тогда это были просто мечты мальчишки.

Потом была общественная деятельность. Во время баткенских событий мы выезжали в приграничные районы, помогали людям. Возили продукты, аккумуляторы, телефоны, зарядные устройства. И именно тогда я увидел одну очень важную проблему.

Мы все говорим о безопасности страны, но на месте стало очевидно, насколько сильно нам не хватает собственных современных технологий. Тогда беспилотники только начинали активно использоваться в мире, а у нас этого практически не было. И вот именно тогда детская мечта начала превращаться в конкретную задачу. Мы поняли, что Кыргызстану нужны свои инженеры, свои разработки, свои технологии.

В 2017 году появилась лаборатория робототехники. Тогда это были просто курсы, небольшая команда энтузиастов. Мы собрали лучших ребят, которые действительно хотели что-то создавать своими руками. Уже в 2018 году мы разработали первый беспилотник.

— Тогда люди верили, что в Кыргызстане можно создать собственное производство дронов?

— Нет. Честно говоря, большинство считало это фантастикой. Когда мы рассказывали о беспилотниках, роботах, военных технологиях, многие улыбались. Некоторые откровенно смеялись.

В 2016-2017 годах никто не верил, что в Кыргызстане могут появиться собственные военные дроны. Но время показало обратное. Сегодня наши аппараты существуют. Они работают. Они используются. Они выполняют реальные задачи.

Поэтому я всегда говорю молодежи: не бойтесь ставить большие цели. То, что сегодня кажется невозможным, через несколько лет может стать реальностью.

— Когда произошел настоящий прорыв?

— Большой толчок произошел после того, как мы получили поддержку государства. С приходом президента Садыра Жапарова нам выделили производственные помещения, мы получили военную лицензию, возможность работать на полигонах. Это был очень важный момент.

Потому что одно дело — собирать что-то в гараже или мастерской, а другое — проводить полноценные испытания, работать с военными специалистами и создавать серьезную технику.

После этого мы уже начали заниматься современными беспилотными системами профессионально. Фото 24.kg. Основатель научно-образовательного центра NanoSpace Улан Саламатов

— Ваш беспилотник SARA-02 действительно использовался во время баткенских событий?

— Да. Вот этот аппарат, который стоит перед вами, реально работал во время конфликта. Он выполнял разведывательные задачи и корректировал артиллерийский огонь. Это не выставочный образец и не макет. Он находился в зоне боевых действий.

Для нас это было серьезным испытанием. Потому что именно в таких условиях становится понятно, чего стоит техника. Все поставленные задачи были выполнены.

— Какими характеристиками обладает этот беспилотник?

— Дальность полета достигает примерно 500 километров. Скорость — 120-130 километров в час.

Но самое главное — вертикальный взлет и посадка. Ему не нужен аэродром. Ему не нужна катапульта. Он может взлететь практически с любой площадки. Для Кыргызстана с его горами это огромное преимущество. Мы специально создавали его под наши условия.

— Многие считают, что подобные разработки просто собираются из китайских комплектующих. Насколько здесь действительно кыргызское производство?

— Этот вопрос нам задают постоянно. Конечно, мы не производим колеса. Мы не производим трубы. Мы не производим камеры. Мы их закупаем. Но сама разработка полностью наша.

Все ходовые части разрабатывались нашими инженерами. Боевые модули создавались нашими специалистами. Программное обеспечение создается здесь. Конструктивные решения создаются здесь. Мы постоянно учимся. Посещаем военные выставки. Бываем на предприятиях оборонной промышленности разных стран. Недавно были в Китае. До этого изучали опыт Турции и России.

Мы смотрим, как это делают другие, перенимаем лучшие решения и адаптируем их под наши задачи. Но конечный продукт разрабатывается нашей командой. Фото 24.kg

— Сколько ваших беспилотников уже находится на вооружении?

— Несколько сотен аппаратов уже работают. Это не концепты. Это реальные машины. Они прошли испытания. Прошли учения. На некоторые модели уже подписаны контракты.

Сейчас вопрос только в финансировании и масштабировании производства. Мы готовы производить больше.

— Если бы на первом месте стояли деньги, мы бы этим никогда не занимались. В этот проект вложено огромное количество личных средств.

Мы продавали автомобили. Мы вкладывали деньги от недвижимости. Все заработанные средства снова вкладывались в производство. Честно говоря, мы еще даже не вернули все свои инвестиции. Но мы верим в этот проект. Потому что понимаем, насколько он важен для страны.

Наша главная задача — создать в Кыргызстане собственную технологическую отрасль.

— Вы говорили, что NanoSpace занимается не только дронами, но и ракетостроением. На каком этапе находится этот проект?

— Мы занимаемся именно ракетостроением. В этом году работаем над запуском ракетных установок гражданского типа. Это ракеты для полетов в космос и в стратосферу. Сейчас наши ракеты уже поднимаются примерно на два километра.

— Какие задачи стоят перед вами на ближайшее время?

— В этом году хотим выйти в стратосферу. Это очень кропотливая и тяжелая работа. Наши специалисты сейчас активно работают над этим проектом. Надеемся, что запуск удастся осуществить уже в этом году.

— Для этого нужны новые специалисты?

— Конечно. Именно поэтому мы хотим уже в следующем году открыть в нашем университете факультет ракетостроения.

— Вы также упоминали возможность строительства космодрома в Кыргызстане. Насколько это реально?

— Мы предварительно изучили территорию нашей страны. Оказалось, что потенциально космодром можно построить в Ат-Башы. Это достаточно свободная местность. Кроме того, Ат-Башынское плато находится на большой высоте над уровнем моря, что позволяет экономить до 15 процентов топлива для ракетных установок.

— Многие воспримут такие планы как фантастику…

— Сейчас это действительно может показаться сказкой. Но мы работаем над этим. Если даже нам не удастся реализовать такую идею при жизни, возможно, это сделает следующее поколение. Хотя кто знает — может быть, в течение ближайших десяти лет мы сможем приблизиться к этой цели.

— Помимо разведывательных дронов, вы показываете еще и наземных роботов. Для Кыргызстана это вообще новое направление. Откуда появилась такая идея?

— Мы всегда старались смотреть на несколько шагов вперед. Мир очень быстро меняется. Если раньше основное внимание уделялось только беспилотникам, то сейчас активно развиваются роботизированные комплексы.

Мы начали изучать этот рынок несколько лет назад и поняли, что подобные системы могут быть крайне полезны не только для армии, но и для спасателей, силовых структур, промышленности. Так появился проект «Кабылан». Это многофункциональная роботизированная платформа. Сегодня она может перевозить грузы, боеприпасы, оборудование. Может использоваться для эвакуации раненых. Может работать на опасных участках, куда человеку заходить рискованно.

Мы продолжаем совершенствовать систему и добавлять новые возможности.

— Насколько сложным оказался проект?

— Очень сложным. Люди обычно видят уже готовую машину и думают, что все просто. Но за каждой такой разработкой стоят годы работы. Мы меняли двигатели. Переделывали подвеску. Заново писали программное обеспечение. Испытывали разные системы управления. Иногда одна маленькая деталь может задержать проект на несколько месяцев. Но именно так и создаются технологии. Через постоянные испытания и ошибки.

— Вы показывали и роботов-камикадзе. Откуда возникла идея их разработки?

— Современные конфликты показывают, насколько быстро меняется военная сфера. То, что еще несколько лет назад казалось фантастикой, сегодня применяется практически во всех горячих точках мира. Мы внимательно анализируем мировой опыт. Изучаем применение современных технологий. Поэтому приняли решение создавать собственные решения.

Наши роботизированные платформы способны доставлять полезную нагрузку на значительные расстояния. При этом оператор находится в безопасном месте.

Такие системы могут выполнять задачи, которые раньше требовали непосредственного участия человека. Это повышает эффективность и снижает риски для личного состава. Фото 24.kg

— Часто говорят, что Кыргызстану сложно конкурировать с крупными технологическими державами. Вы согласны?

— Нет. Я вообще считаю, что главный ресурс страны — это люди. У нас очень талантливая молодежь. Очень много способных инженеров. Очень много ребят с сильным математическим мышлением. Проблема обычно не в отсутствии талантов, а в том, что многим не хватает возможностей для реализации. Поэтому мы стараемся создавать условия для молодых специалистов. Даем возможность работать над реальными проектами. Работать с современным оборудованием. Создавать то, что раньше никто в стране не создавал. Когда человек видит результат своего труда, появляется совершенно другая мотивация.

— Сколько человек сегодня работает в вашей команде?

— Если говорить непосредственно о центре, то несколько десятков специалистов. Но вокруг нас уже сформировалось гораздо большее сообщество. Это инженеры. Программисты. Конструкторы. Студенты. Школьники. Молодые ученые. Фактически создается новая инженерная экосистема. И это, наверное, даже важнее отдельных разработок. Потому что технологии создают люди.

— Вы неоднократно говорили о создании собственного университета. Почему решили пойти в образование?

— Потому что специалистов нужно готовить заранее. Мы видим огромный спрос на инженеров, конструкторов, программистов, специалистов по искусственному интеллекту, операторов беспилотных систем, разработчиков электроники. И если сегодня не начать их готовить, завтра их просто не будет. Поэтому мы развиваем университет. Создаем новые направления. Расширяем лаборатории. Закупаем оборудование. Хотим, чтобы молодые люди могли получать современные знания прямо в Кыргызстане. Необязательно уезжать за границу. Многие вещи уже можно изучать здесь.

— Вы упомянули искусственный интеллект. Насколько активно он используется в ваших разработках?

— Очень активно. Сегодня без искусственного интеллекта невозможно представить развитие технологий. Практически все ведущие страны делают на него ставку. Мы тоже движемся в этом направлении. Создаем системы компьютерного зрения. Работаем над автоматическим распознаванием объектов. Над интеллектуальной обработкой данных. Над автономными режимами управления.

Это будущее. И мы не хотим оказаться в числе догоняющих. А если начнем работать уже сейчас, то через десять-двадцать лет можем увидеть совершенно другой Кыргызстан.

Страну, которая не только покупает технологии, но и создает их сама.